Олег Козырев. Дневник замерзающего москвича. – М.: Гаятри, 2007, 336 с.

На обложке этой книги написано: «Редко в сегодняшней молодой литературе появляются люди, столь откровенно талантливые и при том еще и добродушные, как Олег Козырев». Между прочим, слова Евгении Альбац.

Автор действительно, кажется, очень добродушный человек, не хочется его обижать. Но вот же незадача – пишу рецензию. Хотя писать рецензию на эту книгу – дело столь же неблагоразумное, как ругать Дашкову, хвалить Пушкина или серьезно относиться к тому, что поет Сергей Пенкин.

А мне вдвойне тяжело, ведь, честно говоря, я прочитала книгу два дня назад, но почему-то помню только название.

Блоги принято комментировать. А когда их вытаскивают из интернета, сгребают в кучу и засовывают под обложку, что с ними делать – лично мне неясно. Нет, конечно, если их, как грибы на ниточку, нанизать на идею, причесать и структурировать – тогда более или менее понятно: вроде как текст – и вроде как даже сносный. А если эти грибы валяются: один в мусорном баке за МКАД, а другой на свалке в Рязани – то что тогда?

Сказать, что в этой книге отражены все стороны московской и околомосковской действительности, – значит не сказать ничего. Автор уместил в ней все: байки о том, как Чубайс локтем двинул – и нечаянно рубильник задел, о том, как в день техногенной катастрофы летом 2005 года Шойгу верхом на олене скакал по московской подземке. Что он там делал, да еще и верхом на олене? Читатель, отвали с глупыми вопросами.

Автор решительно обо всем написал. А что не вмещалось, насильно запихнул – как диванные пуфики в уже переполненный фургон при переезде на другую квартиру. Словом, в этой книге, как в подземных переходах ельцинских времен, можно найти любой ширпотреб по дешевке (правда, вы переплатите за полиграфию и твердую обложку – времена-то уже не ельцинские). Можно найти даже признание автора, что в дни путча он сознательно (а не тусовки ради) пришел на баррикады защищать либерализм.

Автор, повторяю, действительно очень жизнерадостный человек. Наверное, он и писать-то начал, подумав: вот сейчас сяду, забацаю что-нибудь этакое – и все оборжутся.

Можно, конечно, собрать и напечатать рационализаторские предложения на тему «Как притеснить депутатов» (запретить им пугать – или что они там у Козырева делают? – граждан и все такое). Можно издать сборник рецептов для начальников «Как не отпустить сотрудника в отпуск». Можно написать руководство для москвичей «Как не замерзнуть зимой», притворившись, что Москва – это где-то в Техасе и столбик термометра в этом городе никогда не опускался ниже плюс пятнадцати градусов. И с милой дурашливостью сделать вид, что все это безумно остроумно. Вот только стоит ли позиционировать это как литературу? Надо было поступить честнее и назвать всю эту байду, скажем, «интернет-приколами». И не пришлось бы мне сейчас обижать добродушного человека.

А теперь приходится напоминать о том, что суперпозитивная жизненная позиция ведет к деградации личности. По улицам ходят много-много олегов козыревых, в вагоне метро с милых худых и толстых бриджит джонс лезет мех, капает тушь вперемешку с тональным кремом – и становится нечем дышать.

Нет, я понимаю, что мадам Бовари – тоже была дура набитая, тоже в своем роде Бриджит Джонс. Но ведь вопрос в том, что в ней описывать: любовь к помаде или любовь к мышьяку.

Когда все вокруг старательно делают вид, что жизнь прекрасна, что активная жизненная позиция и корпоративная религия – самые важные на свете вещи, что дом из бруса на вечной мерзлоте российской почвы – это отличное жилище, а зарплата в пять тысяч американских баксов – предел мечтаний, хочется совершить диверсию на химзавод и подмешать мышьяк в экологически чистую помаду, в полезный йогурт с бифидобактериями и в апельсиновый сок, который поддерживает всех в тонусе. Не будьте жизнерадостными идиотами: вкус мышьяка приятнее, чем такая жизнь.