В данном случае изысканная простота, оттененная одним единственным оригинальным решением или даже ловким штрихом, не поза и не дань моде. За ней безошибочно просматривается внутренняя система координат, основанная на тех же принципах. Носителя ее легко распознать даже по манере одеваться - неброско, но попробуй скопируй. В его облике обязательно присутствует тот самый элемент, придающий как дизайну, так и имиджу безупречную завершенность.

Такое цельное впечатление - произвел на собравшихся представленный в салоне Spazio молодой итальянский дизайнер Эрвен Бурулек. В огромной тусовке незнакомых людей - контактный, легкий, обаятельный. В контровом свете - его простой, не перегруженный ни единой лишней линией силуэт. Одет в простые штаны и водолазку в кофейной гамме, зато на ногах - глаз не оторвать - замшевые штиблеты магнетической красоты (опять же в силу необычности решения).

Площадку для выступления молодому дизайнеру предоставили не случайно. Дело в том, что именно фирма Cappellini, чья стильная мебель сегодня украшает ультрамодные миланские и московские интерьеры, разглядела в своем соотечественнике искру божью три года назад.

(Кстати, не только в Эрвене, но и в его брате Ронане, который работает здесь же). Началось все, как водится, с мебели, но в последнее время стало постепенно перерастать в индустриальные проекты, как для самой Cappellini, так и для французской фирмы Tefal. А совсем недавно творческая карьера Бурулека сделала еще один уверенный зигзаг: он получил заказ на серию ювелирных украшений от самой Carder. В их числе - высоковольтная металлическая дуга в стиле наушников для плейера. Не каждый ее оденет, но тот, кто осмелится, наверняка услышит в космическом эфире строгую, чистую мелодию будущего. Архитектура и дизайн немыслимы друг без друга. Но если первая оперирует прежде всего местоимением "что", то дизайн на все лады задается вопросом "как?". А когда слышит в ответ гордое "Вот так!", привлекает для оценки этого заявления мнение профессионального эстета, инноватора, финансиста и, конечно, потребителя. Работы Бурулека охотно сотрудничают со всеми вышеперечисленными персонажами. Рассчитаны они на людей, которые с их помощью не только желают высказаться не пространно, а пространственно - но имеют при этом что сказать. Не в лоб, разумеется, а пользуясь интеллигентными намеками. При этом каждый предмет имеет определенную концепцию. Заключается она в том, чтобы покупая вещь, вы могли "доработать" ее, по праву разделив с дизайнером акт создания. В доме, обставленном мебелью и аксессуарами от Бурулека, будет мобильная кухня, состоящая из незакрепленных элементов, которые легко колесят с места на место и с удовольствием играют в кубик Рубика с хозяевами. Не отстает от них и кровать-спальня в коробке на колесиках. Сегодня она стоит в углу, завтра выехала на середину гостиной, а в выходные укатила ночевать на кухне, поближе к холодному шампанскому и клубнике. Мобильность и способность объекта к трансформации занимает не последнее место в шкале критериев, из которых, собственно, и рождается замысел каждой новой работы дизайнера.

Но это еще не все. "К любому привычному предмету интерьера можно подойти с неожиданной стороны", - утверждает Бурулек. Взять, к примеру, обычную керамическую вазу. Если подкрасться к ней в тот момент, когда она, податливая как влюбленная женщина, вращается на гончарном круге, и сделать в ее боку осторожный надрез, то в образовавшейся складке можно вылепить маленькую нишу, рассчитанную ровно на одну щепотку земли. Чтобы рядом с поставленным в вазу и обреченным на гибель цветком, вырастить цветок живой. Такая вот изящная микросхема бытия.

Философия разумного эгоизма близка Бурулеку. "Зачем напрягаться, конструируя дополнительные детали, если можно обойтись и без этого?" Под действием рациональной идеи подлокотники изобретенного им кресла вырастают как крылья и превращаются в боковые столики, а стеклянные контейнеры для продуктов прекрасно обходятся без крышек, присаживаясь друг на друга и вытягиваясь в яркую пирамиду. Тот же структурный минимализм, но не холодный, а игривый, развлекающий. - Бурулек не гонится за экзотикой, предпочитая работать с более-менее традиционными материалами. Однако и с их помощью ему удается ясно формулировать свое отношение к современному порядку - или беспорядку - вещей. Огромные напольные светильники он спроектировал пару лет назад в знак протеста против экспансии компьютеров, на голубых мониторах которых этот огромный-огромный мир превращается в клочок экранного изображения.

Сейчас Бурулеку всего 24 года, но все же его по праву можно отнести к представителям новой, концептуальной, волны дизайнеров. Тех, что осваивают давно упорядоченные и классифицированные детали интерьера в новом неожиданном ракурсе. Этот интерьер проще, чем тот, что пока правит бал в наших квартирах. Проще, но органичнее. От сложного к усовершенствованному простому путем отсекания лишнего и, признаемся, абсолютно ненужного. Похоже, таким будет кредо дизайнеров наступившего тысячелетия.

Ирина Мелдрис